Унтер-офицерская вдова является второстепенной героиней комедии. Впервые читатель может ее наблюдать, когда она приходит жаловаться псевдоревизору Хлестакову на деятельность городничего и полицейских.
Женщина ни в чем не повинна и по ошибке была высечена полицейскими. То есть она стала жертвой беззакония, который творится в уездном городе. Унтер-офицерская вдова ищет справедливости и хочет, чтоб виновные понесли заслуженное наказание, поэтому она идет к Хлестакову и жалуется ему на виновных полицейских и городничего, который сей беспредел покрывает. Вот ее слова, чтобы было понятно:
«На городничего, батюшка, пришла… Высек, батюшка! Бабы-то наши задрались на рынке, а полиция не подоспела, да схвати меня. Да так отрапортовали: два дни сидеть не могла…».
Она не побоялась прийти и рассказать о том, что творит полиция, как работает спустя рукава. То есть женщина искала справедливости, не боялась власти и хотела вывести всех чиновников на чистую воду.
Гоголь в лице унтер-офицерской вдовы показывает беззаконие, которое творит власть, но также и порочность простых людей. Ведь женщина требует компенсацию за то, что ее высекли ни за что. То есть с одной стороны она ищет справедливости и правильно просит компенсацию, с другой же ее действия можно расценивать, как продуманный ход ради денег. Но в любом из случаев она не получает ничего, так городничий вовремя подсуетился и вывернул все так, что унтер-офицерская вдова сама себя высекла.
В конце концов, история женщины, которая «сама себя высекла» еще раз показывает, что город от и до пропитан лицемерием, жаждой денег, готовностью идти по головам ради своих целей. Город N является порочным местом, где не только чиновники творят беззаконие и ищут выгоды, но и простые люди готовы на все ради денег и не стыдятся этого.
Конечно историю унтер-офицерской вдовы можно объяснить по-разному, но автор явно показал, что даже в таком деле человек ищет не просто справедливость и способ получить выгоду. Однако слова городничего оказываются куда более весомей, нежели слова простой женщины, поэтому справедливость не восторжествовала, а власть так и осталась безнаказанной.